# Крокодил (старая-престарая сказка)

Часть первая Жил да был Крокодил. Он по улицам ходил, Папиросы курил, По-турецки говорил, - Крокодил, Крокодил Крокодилович! А за ним-то народ И поёт и орёт: "Вот урод так урод! Что за нос, что за рот! И откуда такое чудовище?" Гимназисты за ним, Трубочисты за ним, И толкают его, Обижают его; И какой-то малыш Показал ему шиш, И какой-то барбос Укусил его в нос, - Нехороший барбос, невоспитанный. Оглянулся Крокодил И барбоса проглотил, Проглотил его вместе с ошейником. Рассердился народ, И зовёт и орёт: "Эй, держите его, Да вяжите его, Да ведите скорее в полицию!" Он вбегает в трамвай, Все кричат: "Ай-ай-ай!" И бегом, Кувырком, По домам, По углам: "Помогите! Спасите! Помилуйте!" Подбежал городовой: "Что за шум? Что за вой? Как ты смеешь тут ходить, По-турецки говорить? Крокодилам тут гулять воспрещается". Усмехнулся Крокодил И беднягу проглотил, Проглотил с сапогами и шашкою. Все от страха дрожат, Все от страха визжат. Лишь один Гражданин Не визжал, Не дрожал - Это доблестный Ваня Васильчиков. Он боец, Молодец, Он герой Удалой: Он без няни гуляет по улицам. Он сказал: "Ты злодей, Пожираешь людей, Так за это мой меч - Твою голову с плеч!" - И взмахнул своей саблей игрушечной. И сказал Крокодил: "Ты меня победил! Не губи меня, Ваня Васильчиков! Пожалей ты моих крокодильчиков! Крокодильчики в Ниле плескаются, Со слезами меня дожидаются, Отпусти меня к деточкам, Ванечка, Я за то подарю тебе пряничка". Отвечал ему Ваня Васильчиков: "Хоть и жаль мне твоих крокодильчиков, Но тебя, кровожадную гадину, Я сейчас изрублю, как говядину. Мне, обжора, жалеть тебя нечего: Много мяса ты съел человечьего". И сказал Крокодил: "Всё, что я проглотил, Я обратно отдам тебе с радостью!" И вот живой Городовой Явился вмиг перед толпой: Утроба Крокодила Ему не повредила. И Дружок В один прыжок Из пасти Крокодила Скок! Ну от радости плясать, Щёки Ванины лизать. Трубы затрубили! Пушки запалили! Очень рад Петроград - Все ликуют и танцуют, Ваню милого целуют, И из каждого двора Слышно громкое "ура". Вся столица украсилась флагами. Спаситель Петрограда От яростного гада, Да здравствует Ваня Васильчиков! И дать ему в награду Сто фунтов винограду, Сто фунтов мармеладу, Сто фунтов шоколаду И тысячу порций мороженого! А яростного гада Долой из Петрограда! Пусть едет к своим крокодильчикам! Он вскочил в аэроплан Полетел, как ураган, И ни разу назад не оглядывался, И домчался стрелой До сторонки родной, На которой написано: "Африка". Прыгнул в Нил Крокодил, Прямо в ил Угодил, Где жила его жена Крокодилица, Его детушек кормилица-поилица. Часть вторая Говорит ему печальная жена: "Я с детишками намучилась одна: То Кокошенька Лёлёшеньку разит, То Лёлёшенька Кокошеньку тузит. А Тотошенька сегодня нашалил: Выпил целую бутылочку чернил. На колени я поставила его И без сладкого оставила его. У Кокошеньки всю ночь был сильный жар: Проглотил он по ошибке самовар, - Да, спасибо, наш аптекарь Бегемот Положил ему лягушку на живот". Опечалился несчастный Крокодил И слезу себе на брюхо уронил: "Как же мы без самовара будем жить? Как же чай без самовара будем пить?" Но тут распахнулися двери, В дверях показалися звери: Гиены, удавы, слоны, И страусы, и кабаны, И Слониха, Щеголиха, Стопудовая купчиха, И Жираф - Важный граф, Вышиною с телеграф, - Всё приятели-друзья, Всё родня и кумовья. Ну соседа обнимать, Ну соседа целовать: "Подавай-ка нам подарочки заморские, Угости-ка нас гостинцами невиданными!" Отвечает Крокодил: "Никого я не забыл, И для каждого из вас Я подарочки припас! Льву - Халву, Мартышке - Коврижки, Орлу - Пастилу, Бегемотику - Книжки, Буйволу - удочку, Страусу - дудочку, Слонихе - конфет, А Слону - пистолет..." Только Тотошеньке, Только Кокошеньке Не подарил Крокодил Ничегошеньки. Плачут Тотоша с Кокошей: "Папочка, ты нехороший! Даже для глупой Овцы Есть у тебя леденцы. Мы же тебе не чужие, Мы твои дети родные, Так отчего, отчего Ты нам не привёз ничего?" Улыбнулся, засмеялся Крокодил: "Нет, детёныши, я вас не позабыл: Вот вам ёлочка душистая, зелёная, Из далёкой из России привезённая, Вся чудесными увешана игрушками, Золочёными орешками, хлопушками. То-то свечки мы на ёлочке зажжём, То-то песенки мы ёлочке споём: "Человечьим ты служила малышам, Послужи теперь и нам, и нам, и нам!" Как услышали про ёлочку слоны, Ягуары, павианы, кабаны, Тотчас за руки На радостях взялись И вкруг ёлочки Вприсядку понеслись. Не беда, что, расплясавшись, Бегемот Повалил на Крокодилицу комод, И с разбегу круторогий Носорог Рогом, рогом зацепился за порог. Ах, как весело, как весело Шакал На гитаре плясовую заиграл! Даже бабочки упёрлися в бока, С комарами заплясали трепака. Пляшут чижики и зайчики в лесах, Пляшут раки, пляшут окуни в морях, Пляшут в поле червячки и паучки, Пляшут божии коровки и жучки. Вдруг забили барабаны, Прибежали обезьяны: "Трам-там-там! трам-там-там! Едет к нам Гиппопотам". "К нам - Гиппопотам?!" "Сам - Гиппопотам?!" "Там - Гиппопотам?!"*Ах, какое поднялось рычанье, Верещанье, и блеянье, и мычанье! "Шутка ли, ведь сам Гиппопотам Жаловать сюда изволит к нам!" Крокодилица скорее убежала И Кокошу и Тотошу причесала. А взволнованный, дрожащий Крокодил От волнения салфетку проглотил. А Жираф, Хоть и граф, Взгромоздился на шкаф, И оттуда На верблюда Вся посыпалась посуда! А змеи Лакеи Надели ливреи, Шуршат по аллее, Спешат поскорее Встречать молодого царя! И Крокодил на пороге Целует у гостя ноги: "Скажи, повелитель, какая звезда Тебе указала дорогу сюда?" И говорит ему царь: "Мне вчера донесли обезьяны, Что ты ездил в далёкие страны, Где растут на деревьях игрушки И сыплются с неба ватрушки, Вот и пришёл я сюда о чудесных игрушках послушать И небесных ватрушек покушать". И говорит Крокодил: "Пожалуйте, ваше величество! Кокоша, поставь самовар! Тотоша, зажги электричество!" И говорит Гиппопотам: "О Крокодил, поведай нам, Что видел ты в чужом краю, А я покуда подремлю". И встал печальный Крокодил И медленно заговорил: "Узнайте, милые друзья, Потрясена душа моя. Я столько горя видел там, Что даже ты, Гиппопотам, И то завыл бы, как щенок, Когда б его увидеть мог. Там наши братья, как в аду - В Зоологическом саду. О, этот сад, ужасный сад! Его забыть я был бы рад. Там под бичами сторожей Немало мучится зверей, Они стенают, и ревут, И цепи тяжкие грызут, Но им не вырваться сюда Из тесных клеток никогда. Там слон - забава для детей, Игрушка глупых малышей. Там человечья мелюзга Оленю теребит рога И буйволу щекочет нос, Как будто буйвол - это пёс. Вы помните, меж нами жил Один весёлый крокодил... Он мой племянник. Я его Любил, как сына своего. Он был проказник, и плясун, И озорник, и хохотун, А ныне там передо мной, Измученный, полуживой, В лохани грязной он лежал И, умирая, мне сказал: "Не проклинаю палачей, Ни их цепей, ни их бичей, Но вам, предатели друзья, Проклятье посылаю я. Вы так могучи, так сильны, Удавы, буйволы, слоны, Мы каждый день и каждый час Из наших тюрем звали вас И ждали, верили, что вот Освобождение придёт, Что вы нахлынете сюда, Чтобы разрушить навсегда Людские, злые города, Где ваши братья и сыны В неволе жить обречены!" - Сказал и умер. Я стоял И клятвы страшные давал Злодеям-людям отомстить И всех зверей освободить. Вставай же, сонное зверьё! Покинь же логово своё! Вонзи в жестокого врага Клыки, и когти, и рога! Там есть один среди людей - Сильнее всех богатырей! Он страшно грозен, страшно лют, Его Васильчиков зовут, И я за голову его Не пожалел бы ничего!" Ощетинились зверюги и, оскалившись, кричат: "Так веди нас за собою на проклятый Зоосад, Где в неволе наши братья за решётками сидят! Мы решётки поломаем, мы оковы разобьём, И несчастных наших братьев из неволи мы спасём. А злодеев забодаем, искусаем, загрызём!" Через болота и пески Идут звериные полки, Их воевода впереди, Скрестивши руки на груди. Они идут на Петроград, Они сожрать его хотят, И всех людей, И всех детей Они без жалости съедят. О бедный, бедный Петроград! Часть третья Милая девочка Лялечка! С куклой гуляла она И на Таврической улице Вдруг увидала Слона. Боже, какое страшилище! Ляля бежит и кричит. Глядь, перед ней из-под мостика Высунул голову Кит. Лялечка плачет и пятится, Лялечка маму зовёт... А в подворотне на лавочке Страшный сидит Бегемот. Змеи, шакалы и буйволы Всюду шипят и рычат. Бедная, бедная Лялечка! Беги без оглядки назад! Лялечка лезет на дерево, Куклу прижала к груди. Бедная, бедная Лялечка! Что это там впереди? Гадкое чучело-чудище Скалит клыкастую пасть, Тянется, тянется к Лялечке, Лялечку хочет украсть. Лялечка прыгнула с дерева, Чудище прыгнуло к ней, Сцапало бедную Лялечку И убежало скорей. А на Таврической улице Мамочка Лялечку ждёт: "Где моя милая Лялечка? Что же она не идёт?" Дикая Горилла Лялю утащила И по тротуару Побежала вскачь. Выше, выше, выше, Вот она на крыше, На седьмом этаже Прыгает, как мяч. На трубу вспорхнула, Сажи зачерпнула, Вымазала Лялю, Села на карниз. Села, задремала, Лялю покачала И с ужасным криком Кинулася вниз. Закрывайте окна, закрывайте двери, Полезайте поскорее под кровать, Потому что злые, яростные звери Вас хотят на части, на части разорвать! Кто, дрожа от страха, спрятался в чулане, Кто в собачьей будке, кто на чердаке... Папа схоронился в старом чемодане, Дядя под диваном, тётя в сундуке. Где найдётся такой Богатырь удалой, Что побьёт крокодилово полчище? Кто из лютых когтей Разъярённых зверей Нашу бедную Лялечку вызволит? ]Где же вы, удальцы, Молодцы-храбрецы? Что же вы, словно трусы, попрятались? Выходите скорей, Прогоните зверей, Защитите несчастную Лялечку! Все сидят, и молчат, И, как зайцы, дрожат, И на улицу носа не высунут! Лишь один гражданин Не бежит, не дрожит - Это доблестный Ваня Васильчиков. Он ни львов, ни слонов, Ни лихих кабанов Не боится, конечно, ни капельки! Они рычат, они визжат, Они сгубить его хотят, Но Ваня смело к ним идёт И пистолетик достаёт. Пиф-паф! - и яростный Шакал Быстрее лани ускакал. Пиф-паф - и Буйвол наутёк, За ним в испуге Носорог. Пиф-паф! - и сам Гиппопотам Бежит за ними по пятам. И скоро дикая орда Вдали исчезла без следа. И счастлив Ваня, что пред ним Враги рассеялись, как дым. Он победитель! Он герой! Он снова спас свой край родной. И вновь из каждого двора К нему доносится "ура". И вновь весёлый Петроград Ему подносит шоколад. Но где же Ляля? Ляли нет! От девочки пропал и след! Что, если жадный Крокодил Её схватил и проглотил? Кинулся Ваня за злыми зверями: "Звери, отдайте мне Лялю назад!" Бешено звери сверкают глазами, Лялю отдать не хотят. "Как же ты смеешь, - вскричала Тигрица, К нам приходить за сестрою твоей, Если моя дорогая сестрица В клетке томится у вас, у людей! Нет, ты разбей эти гадкие клетки, Где на потеху двуногих ребят Наши родные мохнатые детки, Словно в тюрьме, за решёткой сидят! В каждом зверинце железные двери Ты распахни для пленённых зверей, Чтобы оттуда несчастные звери Выйти на волю могли поскорей! Если любимые наши ребята К нам возвратятся в родную семью, Если из плена вернутся тигрята, Львята с лисятами и медвежата - Мы отдадим тебе Лялю твою". Но тут из каждого двора Сбежалась к Ване детвора: "Веди нас, Ваня, на врага, Нам не страшны его рога!" И грянул бой! Война! Война! И вот уж Ляля спасена. И вскричал Ванюша: "Радуйтеся, звери! Вашему народу Я даю свободу, Свободу я даю! Я клетки поломаю, Я цепи разбросаю, Железные решётки Навеки разобью! Живите в Петрограде, В уюте и прохладе, Но только, бога ради, Не ешьте никого: Ни пташки, ни котёнка, Ни малого ребёнка, Ни Лялечкиной мамы, Ни папы моего! Да будет пища ваша - Лишь чай да простокваша Да гречневая каша И больше ничего". (Тут голос раздался Кокоши: "А можно мне кушать калоши?" Но Ваня ответил: "Ни-ни, Боже тебя сохрани"). "Ходите по бульварам, По лавкам и базарам, Гуляйте, где хотите, Никто вам не мешай! Живите вместе с нами, И будемте друзьями: Довольно мы сражались И крови пролили! Мы ружья поломаем, Мы пули закопаем, А вы себе спилите Копыта и рога! Быки и носороги, Слоны и осьминоги, Обнимемте друг друга, Пойдёмте танцевать!" И наступила тогда благодать: Некого больше лягать и бодать. Смело навстречу иди Носорогу - Он и букашке уступит дорогу. Вежлив и кроток теперь Носорог: Где его прежний пугающий рог! Вон по бульвару гуляет тигрица - Ляля ни капли её не боится: Что же бояться, когда у зверей Нету теперь ни рогов, ни когтей! Ваня верхом на Пантеру садится И, торжествуя, по улице мчится. Или возьмёт оседлает Орла И в поднебесье летит как стрела. Звери Ванюшу так ласково любят, Звери балуют его и голубят. Волки Ванюше пекут пироги, Кролики чистят ему сапоги. По вечерам быстроглазая Серна Ване и Ляле читает Жюль Верна. А по ночам молодой Бегемот Им колыбельные песни поёт. Вон вкруг Медведя столпилися детки Каждому Мишка даёт по конфетке. Счастливы люди, и звери, и гады, Рады верблюды, и буйволы рады. Нынче с визитом ко мне приходил - Кто бы вы думали? - сам Крокодил. Я усадил старика на диванчик, Дал ему сладкого чаю стаканчик. Вдруг неожиданно Ваня вбежал И, как родного, его целовал. Вот и каникулы! Славная ёлка Будет сегодня у серого Волка. Много там будет весёлых гостей. Едемте, дети, туда поскорей! * - Некоторые думают, будто Гиппопотам и Бегемот - одно и то же. Это не верно. Бегемот - аптекарь, а Гиппопотам - царь.